Нахуй общепит, мы откроем сырный магазин.
Будем продавать камамбер и копченый сыр.
Это вкусные дела, это сырные дела.
Сигу за сигой выкурил, сидя дома на кухне.
Броуки на мели, их карманы потухли.
Воркать до блевоты — наш выбор, а хули?
Сегодня не праздник, но мы свечи додули.
Поднять кэш на музыке — это безумно вкусно.
Еще лучше протрапить жизнь, как император Куско.
Если и пить, то вусмерть: змий жаждет, я борюсь с ним.
Потом, прикинув все «за» и «нет», я говорю: и хуй с ним.
Хаслишь тем, что в Штатах, но, братишка, ты в Пенджабе.
Меня дома ожидает сердца моего любовь в пижаме.
Я взлетаю высоко: цыпелин, дирижабль.
Мы оставили дела — все руки так и не пожали.
Пристегнись, это взлет! Не взлетели, но летим.
Я даже под плитой надгробной буду видеть ориентир.
Научу индусов свэгу — называй меня Ганди.
Люблю Россию, дом свой, но я не пропагандист.
Нахуй общепит, мы откроем сырный магазин.
Будем продавать камамбер и копченый сыр.
Это вкусные дела, это сырные дела.
Смотри, как я умею делать вкусно!
Пока лечу в потоке, направляя себя в русло.
Стиль этот необузданный — точно венец искусства.
Даю им буста, но не изи.
Все мы много трудимся.
В будни сам я зависаю там, где ты заблудишься.
Люди идут на запах дыма с самой шумной улицы.
Пока вы тупо скуриваетесь, мы плотно крутимся и тут, и там.
Ну а сам уже думай, как вздумается.
Дым воняет сыром, мы коптим дубину.
Сыр воняет дымом — он убит обильно.
Нахуй общепит!
Этим дерьмом пропитан.
И мы валим так, чтобы ты впитывал под этот бит.
Нахуй общепит, мы откроем сырный магазин.
Будем продавать камамбер и копченый сыр.
Это вкусные дела, это сырные дела.
Нахуй общепит, мы откроем сырный магазин.
Будем продавать камамбер и копченый сыр.
Это вкусные дела, это сырные дела.